“Мои воспоминания — мои настоящие трофеи”: Откровенный разговор с Ронни Делани

Ронни Делани ушел из жизни вчера в возрасте 91 года. Его золотая медаль на дистанции 1500 метров на Олимпийских играх 1956 года в Мельбурне навсегда останется одним из величайших спортивных достижений Ирландии. Однако в мире гольфа он особенно гордился другим своим достижением: результатом “два” на самой короткой в мире лунке пар-пять.

Гандикап: 26

Клуб: Foxrock Golf Club

1. Как ваши успехи в гольфе?

Я сейчас мало играю в гольф, но не потому, что разлюбил игру. Просто последний год у меня небольшой артрит в правой руке, и я не могу полностью согнуть один палец. Также есть проблемы с гибкостью другого пальца на той же руке, но я работаю над восстановлением.

2. Как вы начали играть в гольф?

Я поступил в Университет Вилланова в Филадельфии по полной стипендии и бегал в легкоатлетической команде. Одним из моих основных источников дохода была работа кэдди. Рядом с университетом было несколько клубов — Арониминк, Мерион, Рэднер Вэлли, Филадельфия Кантри Клаб и Овербрук, где мой тренер Джамбо Эллиотт играл с нулевым гандикапом. Я часто бегал в эти клубы, в основном в Арониминк, и носил по две сумки, что очень помогало наращивать физическую силу. В те времена за две сумки платили 6 долларов, и еще давали гамбургер или хот-дог на девятой лунке. Так что, хотя я никогда не был хорошим гольфистом, я отлично умел оценивать расстояние, что очень помогало в работе кэдди.

3. Когда вы начали играть всерьез?

Во время моей спортивной карьеры я не мог много играть, поэтому всерьез занялся гольфом только в середине 50-х, когда вступил в клуб Килтернан, который я очень любил. С моей несовершенной техникой рельефные холмы для меня не имели значения.

4. Выберите свое “оружие”: драйвер или паттер?

Паттер. С драйвером я мог бы оказаться где угодно, только не на фервее. Поэтому лунки пар-3 всегда были моими любимыми.

5. Какая ваша любимая лунка пар-3?

Пятая лунка в Фоксроке — прекрасна. Еще одна лунка, которую я очень люблю, это седьмая, пар-четыре, хотя я так и не смог ее освоить. У меня с ней отношения “любовь-ненависть”.

6. Линковые или парковые поля?

Я предпочитаю парковый гольф, потому что у меня была возможность играть на многих прекрасных полях, таких как Фоксрок, Милтаун, Элм Парк и Касл. Жаль только, что на них так много деревьев, хотя с эстетической точки зрения деревья в моем родном клубе Фоксрок, должно быть, самые красивые из всех клубов, где я играл. У меня остались теплые воспоминания об игре с Биллом О’Херлихи, который был замечательным членом и бывшим президентом клуба, да упокоит Господь его душу.

7. Кто вошел бы в вашу команду мечты на четверых?

Джастин Роуз за его победы на US Open в Мерионе и на Олимпиаде, а также Падрайг Харрингтон, которого я всегда восхищал за его стремление к победе во всем. Я восхищался его позитивом и абсолютной концентрацией. Мне также очень понравилось, как он радовался участию в Рио. Четвертым игроком в нашей четверке был бы Джимми Коннорс, с которым мне посчастливилось играть в Королевском Дублине. Он был левшой в теннисе, но правшой в гольфе, и у него была невероятно сильная левая рука. Он играл с гандикапом 14 и прошел первую половину поля с результатом плюс два, потому что отлично слушал советы. Но на обратном пути против ветра реальность взяла свое, и он завершил раунд с плюс двенадцатью. Но играть с ним было одно удовольствие!

8. Что бы он добавил к игре?

Я думаю, он прекрасно бы посоревновался с Харрингтоном, и веселье было бы невероятным. А Джастин, со своей победой в Рио, привел бы его в мою “арену”. Как говорят: “Однажды олимпиец — всегда олимпиец”. Именно это мне нравилось в Падрайге — его восхитительный рассказ об Олимпийских играх. Он знал, что это нечто особенное.

9. Все трое — победители. Вы явно этим восхищаетесь.

Я сам был абсолютным победителем. В течение пяти лет я бегал в закрытых помещениях на каждой арене Америки, не проиграв ни одной гонки. Я выиграл 43 гонки подряд — 33 из них на милю — и трижды устанавливал мировой рекорд на милю в закрытых помещениях. Так что я люблю ассоциировать себя с победителями, а Джимми был прирожденным победителем.

10. Что определяет победителя?

Это сосредоточенность и соревновательный дух. Нежелание проигрывать. Многие великие спортсмены, которых я знал, не помнят своих побед. Они помнят свои поражения, и эти поражения неизгладимы. Я уверен, что Джимми Коннорс помнит поражение Артуру Эшу в 1975 году. Я помню каждый раз, когда проигрывал. Я почти не помню своих побед.

11. Кем вы восхищались в своем виде спорта?

Эпоха была другой. Ты не столько смотрел вверх, сколько смотрел по сторонам. Ты смотрел на друзей, которых завел, и со многими из них я до сих пор общаюсь. Я как раз сегодня звонил Джону Лэнди домой. И у меня была большая привязанность к Брайану Хьюсону, с которым я соревновался в Дублине. Я могу перечислить всех участников того олимпийского поля, и большинство из нас до сих пор живы и общаются. Дело не в том, что я ими восхищался; я хотел их победить. А потом мы становились друзьями.

12. Это было прекрасное время и для писателей, не так ли?

Безусловно. Был Том Крайан, а позже Питер Бирн. А на Олимпиаде был Э.П. Маквини. Дэвид Гини тоже был прекрасным человеком, толкателем ядра и олимпийцем 48 года. Мы были близкими друзьями всю нашу жизнь.

13. Если бы вам дали возможность переиграть что-то в вашей профессиональной карьере, что бы это было?

Это было бы несправедливо, потому что каждый раз, когда меня побеждали, это происходило честно и по правилам. Я не ищу оправданий. Я знал, почему проиграл и почему выиграл.

14. Какая гонка научила вас больше всего о победе?

Я был победителем, и суть всего заключалась в победе в гонке. Ты учился на своих ошибках, но победа была чем-то врожденным во мне.

15. Кем из чемпионов в гольфе вы восхищаетесь сейчас?

Человек, которым я по-настоящему восхищался и продолжаю восхищаться, это Фил Микельсон. Он до сих пор великий спортсмен и невероятно конкурентоспособен.

16. Какое ваше самое ценное владение?

Однажды я сделал хоул-ин-ван в Килтернане. Но я также помню, как играл 15-ю лунку в Портмарноке с Джо Лейденом, и на этой 15-й лунке я сделал “два” на том, что считается самой короткой в мире лункой пар-пять. Помню, в тот день я получил специальный приз. Этим я тоже горжусь. Мои воспоминания — это мои настоящие трофеи.

17. Если бы вы могли что-то изменить в своей игре в гольф, что бы это было?

Я бы хотел заняться гольфом в 20 лет, а не в 50, и чтобы Джамбо Эллиотт был моим тренером. Как игрок с нулевым гандикапом, он, возможно, сделал бы меня настоящим конкурентом.

18. Каково ваше самое большое удовольствие в гольфе?

Получить честь быть приглашенным в качестве почетного члена гольф-клуба Фоксрок. Я действительно очень горжусь тем, что являюсь его членом.

19. Каково ваше самое яркое воспоминание о победе в олимпийском золоте в Мельбурне?

Я провел неделю с тренером по имени Брутус Гамильтон в Калифорнийском университете, прерывая путь в Австралию. Брутус натянул нить через дорожку и сказал мне тренироваться пробегать сквозь ленту. После этого он обнял меня за плечи и сказал: “Теперь, сынок, мы все отработали”.

20. Воспоминание о славе

Итак, это мое самое яркое воспоминание о Мельбурне: пересечение финишной ленты и раскинутые руки в абсолютном экстазе. Я выиграл Олимпийские игры.